Неточные совпадения
Приятелей наших встретили в передней два
рослые лакея в ливрее; один из них тотчас побежал за дворецким. Дворецкий, толстый
человек в черном фраке, немедленно явился и направил гостей по устланной коврами лестнице в особую комнату, где уже стояли две кровати со всеми принадлежностями туалета. В доме, видимо, царствовал порядок: все было чисто, всюду пахло каким-то приличным запахом, точно в министерских приемных.
Сороки перелетают с ракиты на ракиту; бабы, с длинными граблями в руках, бредут в поле; прохожий
человек в поношенном нанковом кафтане, с котомкой за плечами, плетется усталым шагом; грузная помещичья карета, запряженная шестериком
рослых и разбитых лошадей, плывет вам навстречу.
Вдоль решетки Таврического сада шла группа
людей, десятка два, в центре, под конвоем трех солдат, шагали двое: один без шапки, высокий, высоколобый, лысый, с широкой бородой медного блеска, борода встрепана, широкое лицо измазано кровью, глаза полуприкрыты, шел он, согнув шею, а рядом с ним прихрамывал, качался тоже очень
рослый, в шапке, надвинутой на брови, в черном полушубке и валенках.
Поздно вечером к нему явились
люди, которых он встретил весьма любезно, полагая, что это — клиенты:
рослая, краснощекая женщина, с темными глазами на грубоватом лице, одетая просто и солидно, а с нею — пожилой лысоватый
человек, с остатками черных, жестких кудрей на остром черепе, угрюмый, в дымчатых очках, в измятом и грязном пальто из парусины.
Через час Самгин шагал рядом с ним по панели, а среди улицы за гробом шла Алина под руку с Макаровым; за ними — усатый
человек, похожий на военного в отставке, небритый, точно в плюшевой маске на сизых щеках, с толстой палкой в руке, очень потертый; рядом с ним шагал, сунув руки в карманы рваного пиджака, наклоня голову без шапки,
рослый парень, кудрявый и весь в каких-то театрально кудрявых лохмотьях; он все поплевывал сквозь зубы под ноги себе.
Напротив Самгина, вправо и влево от него, двумя бесконечными линиями стояли крепкие,
рослые, неплохо одетые
люди, некоторые — в новых поддевках и кафтанах, большинство — в пиджаках.
Самгин, пользуясь толкотней на панели, отодвинулся от Шемякина, а где-то близко посыпалась дробь барабанов, ядовито засвистела дудочка, и, вытесняя штатских
людей из улицы, как поршень вытесняет пар, по булыжнику мостовой затопали
рослые солдаты гвардии, сопровождая полковое знамя.
Люди — в большинстве
рослые, толстые; они ворчали и рычали, бесцеремонно задевая друг друга багажом и, кажется, не извиняясь.
Хан распорядился живо — одного астраханца велел повесить, другому нос и уши окорнать, а меня помиловал, дай Бог ему здоровья, портить
человека рослого не захотел, а выше меня у него никого не было.
Пришел необычно
рослый и собой коренастый пожилой
человек. Борода вся седая, и в голове седина тоже сильно пробилась: русых волос и половины не осталось. Изнуренный, в лице ни кровинки, в засаленном, оборванном архалуке из адряса, подошел к Марку Данилычу и отвесил низкий поклон.
— Нет, матушка, неведомо какой
человек. Молодой еще из себя,
рослый такой.
Дюма был тогда еще в полной силе, бравый,
рослый мужчина, военного вида, в усах, с легкой проседью, одетый без франтовства, с тоном умного, бывалого, речистого парижанина, очень привычного к светским сферам, но не фешенебля, не
человека аристократической воспитанности.
Сзади нее, выглядывая из-за ее плеча, стоял
рослый молодой
человек в светлой паре, с надменным лицом и с усами вверх, как у императора Вильгельма, даже похожий несколько на Вильгельма.
А сбоку и немного сзади него тяжело шел
рослый бритый
человек, с толстыми седыми усами, в длинном сером пальто на красной подкладке и с желтыми лампасами на широких штанах. Он тоже, как хохол, держал руки за спиной, высоко поднял густые седые брови и смотрел на Павла.
— Куда тебя несет, дьявол! Не видишь разве, что едешь на
людей, сволочь! — услыхал Бобров впереди грубый окрик, и на дороге, точно вынырнув из-под лошадей, показался
рослый бородатый мужик, без шапки, с головой, сплошь забинтованной белыми тряпками. — Погоняй, Митрофан! — крикнул Бобров.
— Слобода у нас богатая,
люди — сытые,
рослые, девушки, парни красивые всё, а родители — не строги; по нашей вере любовь — не грешна, мы ведь не ваши, не церковные! И вот, скажу я тебе, в большой семье Моряновых поженили сына Карпа, последыш он был, недоросток и щуплый такой…
— Ты, чай, знаешь, — говорил он низким, сипловатым тенорком, — отец у нас был хороший, кроткий
человек, только — неделовой и пьющий; хозяйство и торговля у матери в руках, и он сам при нас, бывало, говаривал: «Устя, ты дому начало!» А мать была женщина
рослая, суровая, характерная: она нас и секла, и ласкала, и сказки сказывала.
Свежий рот и немного выдающиеся зубы, а главное, подбородок, круглый и широкий, проявляли натуру жены Виктора Мироновича и породу ее родителей,
людей стойких,
рослых, именитых, долго державшихся старых обычаев и состоявших еще недавно в беспоповцах.
Тут же, в этой же кучке
людей, был один из таких зубастых, а в сущности развеселый и премилейший
человек, но которого с этой стороны я узнал уже после, видный и
рослый парень, с большой бородавкой на щеке и с прекомическим выражением лица, впрочем довольно красивого и сметливого.
Выходит
рослый, пожилых лет китаец и, даже не скрывая намерение, громко пересчитывает число проходящих
людей.
Это была правда, как майский день: дочь Нунчи незаметно для
людей разгорелась звездою, такою же яркой, как мать. Ей было только четырнадцать лет, но — очень
рослая, пышноволосая, с гордыми глазами — она казалась значительно старше и вполне готовой быть женщиной.
С большого ворка в боковые отделы вели калитки настолько высокие, что самый большой
человек или
рослая лошадь могли проходить беспрепятственно.
Крестьяне мигом собрались, услышав от Кудиныча о том, что «сержанта Митрофаныча», под каким прозванием знали Иванова многие из мытищенских мужиков, задрал медведь, вооружились дрекольями и пошли в лес, следом за учителем, который шел впереди. Имея за собой
человек с двадцать
рослых и дюжих
людей, Кудиныч не боялся и бодро вел свою армию на врага. Но враг не стал дожидаться мстителей за свое кровавое дело.
В назначенный день в передней управления сидели двое: маленький, невзрачный молодой
человек, с птичьей запуганной физиономией, и
рослый, бородатый мужчина, с апломбом говоривший, с апломбом двигавшийся.
Теркин предложил ей руку. Саня не ожидала этого, и настроение ее быстро изменилось. Ей так вдруг сделалось тепло и весело под боком этого
рослого и красивого
человека. Он, конечно, желает ей добра, и если бы они хоть чуточку были подольше знакомы, она бы все ему рассказала и стала бы обо всем советоваться.
Увидя приготовленную встречу, Ермак Тимофеевич повел своих
людей ближе к усадьбе. Диву дались Строгановы, и дядя и племянники. К ним приближались стройные толпы в несколько сотен
человек, высоких,
рослых, с добродушными, чисто русскими лицами.
Люди между тем шли по направлению к указанному месту их будущего поселка. Все они были, как мы уже сказали, молодец к молодцу, высокие,
рослые, с открытыми, чисто русскими лицами, полными выражения отваги, презрения к смерти, но не зверства и злобы, что несомненно как тогда, так и теперь предполагалось в разбойниках, хотя, как мы уже имели случай заметить, с представлением о разбойнике соединялся менее страх, чем сожаление.
Державший ее
рослый парень был крепко скручен по ногам и рукам принесенными появившимися
людьми веревками и недвижимо лежал на земле.
Помещение под лестницей не отличалось, правда, большим удобством: потолок срезывался углом, так что под возвышенной его частью с трудом мог выпрямиться
человек рослый; но
люди живут и не в такой тесноте; наконец, квартира даровая, нельзя быть взыскательным.
Профессор был
человек рослый и широкий, но не полный, а скорее худой и костистый.
— Даю и я сто двадцать! — сказал подошедший четвертый мужчина. Это был
рослый, здоровый помещик Арко из окрестностей Марсейля, очень богатый
человек. Ему ничего не стоило бросить к ногам девчонки сотню тысяч. Недавно он лишился жены и единственного сына и теперь заливает свое горе вином и покупною любовью.
Один —
рослый, красивый гвардеец Финляндского полка, из сборной гвардейской полуроты, той самой, которая потеряла во время атаки половину
людей.
На прогалину вышел
рослый рыжий
человек в городском платье и высоких щегольских сапогах. Он протянул было руку Козлу, но, заметив свою ошибку, тотчас же спохватился.
Потом представился Иван Сергеевич Тургенев — этот даровитейший из всех нас писатель — и «мягкий
человек»; пришел на ум и тот
рослый грешник, чьи черты Тургенев изображал в Рудине, —
человек, которого Тургенев видел и наблюдал здесь же, в этом самом Париже, и мне стало не по себе.
Старый Перегуд все и сделал, что было надобно, и ничего за ним не стояло: он срубил и церковь с колокольнею и привез откуда-то попа Прокопа всем на заглядение, ибо это был
человек самого превосходного вида:
рослый, пузатый и в красных чоботах, а лицо тоже красное, як у серафима, а притом голос такой обширный, что даже уши от него затыкали.
Человек, тем более,
рослый, здоровый…
Это командует Петр Иваныч, наш лазаретный офицер, высокий, худой и очень добрый
человек. Он так высок, что, обернув глаза в его сторону, я постоянно вижу его голову с редкой длинной бородой и плечи, хотя носилки несут на плечах четыре
рослые солдата.
Труппа, разъезжающая с Сарой, — ни то и, пожалуй, ни се. Народ здоровый,
рослый, коренастый. Имея в виду всякие могущие произойти случайности (нападения тигров, индейцев и проч.), Сара недаром возит с собой этих мускулистых
людей.
Вошел
человек, еще молодой,
рослый, вроде отставного военного или агента какой-нибудь заграничной фабрики, рыжеватый, с курчавыми волосами и усами, торчавшими вверх, очень старательно одетый. В булавке его светлого галстука блестел брильянт. Свежесть его щек и приятную округлость бритого подбородка сейчас же заметил Стягин.
Я приподнялся было, чтобы их рассмотреть, но в густом полумраке мне это не удалось. Видел только, что оба
люди окладистые, и
рослые.
В низкой покривившейся избушке лесника Артема, под большим темным образом сидели два
человека: сам Артем, малорослый и тощий мужичонко, с старческим помятым лицом и с бородкой, растущей из шеи, и прохожий охотник, молодой
рослый парень в новой кумачовой рубахе и в больших болотных сапогах. Сидели они на скамье за маленьким треногим столиком, на котором, воткнутая в бутылку, лениво горела сальная свечка.